maxdianov (maxdianov) wrote,
maxdianov
maxdianov

Categories:

Британская военно-морская миссия на Чёрном море ( часть 1)

Решил перевести и выложить главу из диссертации английского доктора Джозефа Френсиса Райана (университет Халла) Joseph Francis Ryan "The Royal Navy and Soviet Seapower, 1930-1950: Intelligence, Naval Cooperation and Antagonism", посвящённую работе британской военно-морской миссии на ЧФ.
Почему именно ЧФ? Причин несколько. К этому флоту даже у наиболее лояльных исследователей много вопросов и претензий — как ни крути, а единственный флот, который всю войну сохранял численное превосходство над противником и несмотря на потерю основных баз, география театра позволяла ему действовать разнородными силами против коммуникаций и баз противника.
Поэтому взгляд англичан безусловно будет полезен, хотя некоторые косяки и предвзятость конечно видны невооружённым взглядом. Вторая и пожалуй основная причина: М.Э. Морозов в своей работе «История двух походов в документах» выложил хороший массив наших документов ( включая РУ НКВМФ и по линии ГБ) , касающиеся работы именно этой миссии в начальный период. Таким образом мы сможем сперва прочитать английский взгляд и версию по итогам работы миссии, а затем, как выглядела работа миссии по мнению советской стороны, оценить и сделать выводы. Ссылка на труд М.Э. Морозова будет в конце. Как обычно, будут мои небольшие ремарки. Итак поехали.
Впервые ЧФ и проблемы связанные с работой там британцев всплывают в обзорной главе диссертации, где описывается вкратце вся структура и работа 30-й военной миссии Великобритании, в состав которой входила военно-морская миссия, под началом контр-адмирала Майлса.
«Черноморский флот дал понять Пауэллу, что СССР мало что может почерпнуть у Королевского флота и заявил, что они хорошо знакомы с новейшими технологиями траления и размагничивания. Как это ни парадоксально, командование ЧФ в то же время не возражало по поводу прибытия значительного количества технических специалистов и не препятствовало Майлсу в его усилиях по этому вопросу.»
(Примечание: Лейтенант-коммандер резерва Пауэлл являлся штатным специалистом по минно-тральному делу в миссии Майлса. Его характеристика будет в работе М.Э. Морозова. Любопытно, что перед этим, Райан пишет, на первой встрече в Москве, первые лица нашего флота наоборот указывали на большие проблемы с минами и тралами, после чего Майлс заявил,что Пауэлл окажет всевозможную компетентную помощь - М.Д.)
«Однако, когда 14 августа 1941 года, два британских офицера связи прибыли на Черноморский флот, их ждал весьма прохладный приём. Эти два офицера, кэптен Фокс и коммандер Эмброуз, в сопровождении комиссара флота Гусева (Гусеев) были встречены в Севастополе коммандером Уайбердом ( главой миссии на ЧМ — М.Д.). К сожалению во время совместного ужина 21 августа 1941 года, Фокс и Гусеев затеяли бессмысленный спор о брачных пособиях в Королевском флоте (WTF??? - М.Д.), что привело к довольно серьёзным последствиям. Хотя русский всё-таки извинился в конце трапезы за свою резкость, вскоре стало очевидно, что инцидент не был исчерпан и о нём сообщили в высшие инстанции. Во время очередного визита Криппса (британский посол — М.Д.) к Сталину, русский лидер упомянул, что британский офицер в Севастополе говорил в антисоветском ключе с советским военно-морским офицером (ссылка на источник Moscow Tel. No. 1170,20/9 cited in PRO, ADM 223/248, NID 16, "For C. O. S. Meeting. Notes on the Case of the 3 Naval Officers Recalled from U. S. S. R. " (13 October 1941), MOST SECRET. )
После непродолжительного расследования выяснилось, что речь идёт о Фоксе. Последующее разбирательство полностью реабилитировало офицеров миссии, тем не менее все трое были вынуждены вернуться в Соединённое королевство по запросу русских. Их отъезд был прискорбной политической жертвой в интересах поддержания союзнической солидарности.»
Примечание: это самый непонятный момент во всей истории. В советских документах ничего об этом ужине нет, более того из них следует, что в «антисоветском ключе» трепался как раз Уайберд, а не Фокс. Однако разбирательство действительно было: источник указан "Minutes of Enquiry held by A. C. N. S. (H) and D. N. I. 31st October, 1941; Allegations made by Soviet Authorities against Commander Wyburd, R. N., Commander Fawkes, R. N. and Lieut. Commander Powell, R. N. V. R. (Special Branch)", SECRET
На этом Райан заканчивает странное вступление, из которого может сложиться впечатление, что англичане вообще не работали на ЧМ, хотя это абсолютно не так. А теперь основной текст CHAPTER XIII THE BLACK SEA FLEET, который начинается «восхитительным» эпиграфом: «Отсутствие инициативы в операциях на море, всегда было выдающимся недостатком русского флота. Хотя русские как народ проникнуты природным боевым духом и всегда храбры в сражениях, они никогда не хотели рисковать своими тяжёлыми силами» NID Report, 1943 ( NID — нэвэл интеллидженс дивизион, разведка Королевского флота)

В этой главе исследуются англо-советское военно-морское сотрудничество в черноморском регионе и данные английской разведки о возможностях и эффективности советского Черноморского флота.
После вторжения Германии в Россию, важность советского Черноморского флота в британском стратегическом мышлении была обозначена заявлением премьер-министра о том, что единственный другой путь по которому на нас могут предпринять серьёзные наступления это через Кавказ (на Ближний восток) и через Каспий ( в Индию). Это предполагает владение Чёрным морем, в котором русские сейчас обладают подавляющим морским превосходством.
Хотя британская военно-морская разведка оценила советскую морскую мощь, как доминирующую в регионе, важно было точно определить возможности Красного флота. Как говорил по этому поводу Черчилль: «невозможно сказать, как долго русские будут сохранять господство на Чёрном море, хотя с их силами было бы непростительно чтобы они потеряли его». Для такой морской державы как Великобритания было очевидно, что вероятность успешного удара Вермахта через Украину на Кавказ, а затем на Каспий или на юг к персидским нефтяным месторождениям буде существенно снижена грамотным развёртыванием русской военно-морской мощи на морском фланге немецкого наступления. Таким образом, чтобы помочь в общей борьбе с нацизмом, а также для поддержания разведывательного наблюдения в зоне контроля русских было сочтено важным присутствие британских военно-морских офицеров связи в штабе советского Черноморского флота. Присутствие этих офицеров было также необходимо, если бы Великобритании пришлось направить свои силы в Чёрное море для помощи СССР. И действительно, на одном из этапов премьер-министр рассматривал направление флотилии подводных лодок в Чёрное море. (источник Churchill to Foreign Secretary, Telegram Special (Extra) No 171 (29 October 1943), cited in PRO, CAB 79/67, "The Employment of British Submarines in Support of the Russians", in COS(43)264(O) (29 October 1943), p 1, para 3, f 64, MOST SECRET - очень интересно гм, октябрь 1943 — М.Д.)
С самого начала русские высказали неоднозначное отношение к назначению наших офицеров связи на Черноморский флот. Существовало обычное советское стремление к секретности и нежелание разрешать иностранцам наблюдение за одним из наиболее важных направление военно-морски операций. Это правда уравновешивалось желанием привлечь британских специалистов по различным техническим аспектам — асдик, размагничивание кораблей и траление мин. Однако основным решающим фактором стал «принцип взаимности», после назначения советского офицера связи капитана 1-го ранга Египко на британский флот метрополии, в ноябре 1941 года.
Хотя Черноморский флот располагал большим количеством подводных лодок, советские специалисты осознавали отсутствие у них боевого опыта в этой области. Русским крайне необходимо было овладеть знаниями и опытом, накопленным к этому времени их новыми британскими союзниками., которые воевали с немцами уже два года. Соответственно, вскоре после подписания соглашения, коммандер Дэвис был отправлен на юг, из Москвы, для первого контакта с командованием советских подводных лодок в Крыму, в главной базе флота, Севастополе. То, что русские согласились на этот визит было расценено как «большой шаг вперёд». К сожалению, после прибытия Дэвис серьёзно заболел и не смог выполнить свою миссию в полном объёме. Однако ему разрешили посетить несколько русских субмарин. В то время на Черноморском флоте не было современных подводных лодок и хотя они содержались в хорошем состоянии и были очень чистыми, они несколько устарели. У них не было асдиков, а их приборы атаки были очень примитивными. ( странное заявление, конечно с асдиком и СРП лучше, но это не значит, что лодка прямо-таки устарелая — М.Д.). Дэвис надеялся выйти в море на одной из лодок, но его срочно отозвали в Москву, для оказания помощи в прибытии лодок «Тайгрис» и «Трайден» в Полярный.
11 августа 1941 года, начальник штаба и переводчик Майлса коммандер Дерек Уайберд, выехал из Москвы в Севастополь, для встречи с командующим ЧФ адмиралом Октябрьским. Уайберд должен был подготовить почву для прибытия ещё двух офицеров из Англии: коммандера ( в последующем кэптена) Фокса и его переводчика и помощника коммандера Эмброуза. Они прибыли в Севастополь, в сопровождении комиссара Гусева, вечером 14 августа 1941 года.
Фокс был опытным офицером подводником, которому было приказано оставаться и давать советы русским, столько сколько им потребуется. Эмброуз говорил на «прекрасном русском» и обладал «безграничным терпением». ( видимо с таких «ценных» данных Фокс решил начать общение с начальством — источник PRO, ADM 223/248, Fawkes to Miles, "Liaison - Black Sea" (7 October 1941), SECRET). Было решено, что Фокс будет прикомандирован к севастопольской бригаде подводных лодок, а Эмброуз на эсминец «Бодрый» - до 2 сентября, после чего его перевели на крейсер «Ворошилов». ( примечание — Эмброуз доложил, что корабли в хорошем техническом состоянии и полностью боеспособны.)
Черноморский флот считал себя элитой Красного флота и придерживался этого взгляда с царских времён. В отличии от БФ, СФ и ТОФ боевые корабли ЧФ не сковывались льдом во время зимы. Они обладали безоговорочным превосходством на своём театре военных действий. Здесь располагались основные советские военно-морские училища и экспериментальные учреждения и ыбла определённая независимость от Москвы. Русские похоже не имели чёткого представления о службе офицеров связи в её британском понимании и вскоре стало ясно, что оперативные вопросы английские офицеры вообще не должны поднимать. Скоро им дали понять, что на Чёрном море их просто терпят по приказу.
Моряки Черноморского флота постоянно накачиваемые пропагандой выказали неоднозначную реакцию на представителей Королевского флота. ( просто шикарная фраза — М.Д.). Хотя с британскими офицерами время от времени советовались, офицеры ЧФ обладали очень завышенным мнением о своих способностях и эффективности, и не считали, что им надо чему-то учиться у англичан. В то же время технические специалисты очень стремились получить как можно больше информации и оборудования от британцев ( оно и понятно, технарям плевать, кто круче Нельсон или Ушаков, им дело надо делать — М.Д.).
В начальный организационный период этого взаимодействия и сотрудничества, возможности СССР в области ПЛО, размагничивания и траления были неясны.
Однако британцы заподозрили, что у русских серьёзные недостатки в этих вопросах. «Лишь позже, в свете продемонстрированной неспособности, сменяющие друг друга BNLO (старшие офицеры связи), подтвердили техническое бессилие русских моряков. Даже если технические ресурсы были достаточными, подготовка специалистов была недостаточной и приводила к плохим результатам» ( примечание: Кроме того, русские считали, что «из-за большой глубины [в Черном море] мины не будут главной угрозой судоходству. В какой-то мере это повлияло на уровень и организацию боевой подготовки тральщиков и их применение »; Капитан 2 ранга В. Иолтуховский. Боевая подготовка минно-тральных подразделений Черноморского флота накануне и в начальный период Великой Отечественной войны. Морской сборник, № 11 (1984), с. 44-47. )
Также примечание: В общих чертах было признано, что русские «лишились онтакта с внешним научным миром, будь то путешествия, визиты ученых или литература»; NHB, 'Россия: пузырь лопнул', SNPN, № 13 (2 февраля 1940 г.), стр. 33, КОНФИДЕНЦИАЛЬНО. )
В середине августа 1941 года, в результате немецкого наступления пал Николаев, главный центр советского военного кораблестроения в регионе. Британцам сообщили, что корпуса всех строящихся кораблей, в том числе один линкор были вывезены перед падением города, как и большое количество техники. Корпуса «Куйбышева» (класс «Фрунзе»), «Ереван» (класс «Ташкент»), и эсминца «Озорной» (класс «Огневой») по всей видимости были отбуксированы в безопасное место. ( странное примечание для 1996 года: Однако в начале июня 1942 года стало известно, что две советские подводные лодки, строившиеся в Николаеве, не подверглись саботажу, а их достроили немцы).
После падения Николаева, ЧФ пришлось столкнуться с рядом серьёзных трудностей, некоторые из которых были в новинку для британских коллег. К примеру Октябрьский отвечал за оборону всех своих военно-морских баз. Соперничество РККА и РККФ стало наглядным из-за необходимости обороны Одессы, которую армия считала «расходным материалом». Из-за большого политического веса, армейцы чаще могли настоять на своих аргументах. В данном конкретном случае Алафузов сообщил миссии в Москве, что оборону Одессы осуществляли части морской пехоты ЧФ. Он был «особенно рад», что моряки уничтожили эскадрон румынской кавалерии.
В этот период, в отличии от грандиозных боевых действий на суше, классических морских операций было мало. Типичные действия, включали в себя обстрел немецких и румынских войск к западу от Одессы крейсером «Красный Крым», лидером «Фрунзе» и другими, более мелкими кораблями.
Немцы, осмелевшие из-за бездействия русских, начали использовать прибрежные конвои для снабжения своих наступающих войск, особенно между Варной и Констанцой. Нефтяные танкеры Оси, идущие от Сулины к устью Дуная, были самой соблазнительной целью. Эмброуз в качестве своих первых действий, предложил организовать набег эсминцев на эти конвои. Была предпринята нерешительная попытка перехватить эти танкеры, но контакта с противником не произошло.
Такое положение дел, когда флот обладая подавляющим превосходством, позволял противнику беспрепятственно пользоваться морскими коммуникациями, казалось британцам немыслимым. Русские казались загипнотизированными страхом немецкой высадки с моря, даже несмотря на то,что численный состав советского флота позволял контролировать всю береговую линию в зоне своей ответственности.
Как и на севере России, подводные силы на юге произвели на офицеров Королевского флота гораздо лучшее впечатление, чем надводный флот. Несмотря на советскую скрытность, Фокс смог увидеть достаточно много подводных лодок. Черноморские подводные силы были сведены в две флотилии, которые русские называли «бригадами». «Бригады действовали совершенно независимо друг от друга, с отдельными операционными зонами.Кроме того в море эти лодки не контролировались оперативным штабом ЧФ в Севастополе.» Управление лодками в море было затруднено, из-за того, что длинноволновая радиосвязь была ненадёжной. Утверждения русских о возможности уверенного приёма на перископной глубине, не подтвердились опытом на СФ. В любом случае, у русских по видимому не было сверхнизкочастотных передатчиков, необходимых для этого вида связи. В послевоенном отчёте признаётся, что « скрытность и боевые возможности лодок были ухудшены из-за необходимости всплытия для сеансов связи», но утверждается, что специальные перископические антенны поступили на вооружение в начале 1944 года и это позволило получать информацию и целеуказание без всплытия. ( штыревая антенна «Шток» разработана в 1943, затем в 1944 пошли антенны серии «ВАН» - М.Д.). Также в 1944 лодки начали иметь возможность связываться с самолётами и надводными кораблями. ( идут примечания на номера и цитаты из «Морских сборников» 80-х годов — М.Д.)
В сентябре 1941 года, Фоксу разрешили принять участие в патрулировании лодки М-34 у Констанцы. 21 сентября лодка выполнила атаку и считалось, что добилась попадания. В реальности они промахнулись по итальянскому судну «Тампико» (ссыль на Ровера-Хюммельхена -М.Д.). Однако после выстрела лодка не выдержала глубину, что является частой ошибкой плохо подготовленных экипажей ( смотрим потом донесение по ссылке — не всё так мрачно). В результате М-34 выдержала серьёзную бомбардировку и повреждённая вернулась в Севастополь. Эмброузу также разрешили выйти в море, на эсминце «Бодрый». Он нашёл корабль быстрым и маневренным, хотя и без противоосколочной защиты. На эсминце не было асдика и радара, только гидрофоны.
Для Советского Союза черноморский фланг вполне естественно вписался в традиционную российскую стратегию. Хотя важная роль флота признавалась, его функция всегда была подчинена общей военной ситуации. По мнению Ставки ВГК, использование тысяч моряков в качестве морской пехоты для обороны Одессы и Севастополя имело реальное военное значение, поскольку вынудило отвлечь вермахт на захват портов и баз, тем самым уменьшив импульс наступления на Кавказ, главный нефтедобывающий район России. (ссылка на Владимирского и Горшкова, МС №5,10, 1965 года).
Ставка совершенно не понимала, как применять морскую мощь в Чёрном море. Как следствие ЧФ постоянно приходилось оправдывать своё существование перед своими политическим лидерами, чтобы получать необходимое обеспечение и снабжение. Но столкнувшись с преимущественно сухопутной ориентацией Ставки, военно-морская стратегия оказалась в серьёзном затруднении.
Контакты Фокса в Севастополе с 35-летним командиром бригады ПЛ, капитаном 1-го ранга Болтуновым и НШ ЧФ контр-адмиралом Елисеевым были достаточно близкими, хоть и не сердечными. Однако после ссоры с Гусевым, Фокс был освобождён от должности BNLO и временно замещён Эмброузом, после чего вместе с Уайбердом и Пауэллом вернулся в Соединённое королевство. Вполне вероятно, что он перестал представлять свою пользу для русских, успев передать значительную часть своего ценного опыта подводника.
Но как BNLO он подвергся фактическом остракизму со стороны штаба ЧФ, ему не предоставили переводчика и не допустили к обсуждению оперативных вопросов. ( какая-то как я уже говорил странная хрень. Речь явно идёт о Фоксе, он единственный из трёх не владел русским, но на лодке у него был переводчик.
Что там такого с этим Гусевым произошло решительно непонятно — М.Д.)
В ходе своей службы Эмброуз однако оказал очень ценную услугу советским союзникам. Помимо вездесущих представителей «Отдела» ( непонятно, особистов что-ли?- М.Д.), его основным контактом в штабе был полковник Намгаладзе, начальник разведки ЧФ. Русские всегда выражали желание установить устойчивый радиоканал связи между Севастополем и Александрией, основной базой средиземноморского английского флота. Однако британское Адмиралтейство хотело установить прямую связь между Севастополем и Лондоном. В споре победили русские. Линия связи была установлена, но самое главное благодаря ей, Эмброуз получил возможность установить связь со старшим офицером разведки SO (I) флота в Стамбуле.
Таким образом Эмброуз начал передавать русским сведения о судоходном траффике Оси из Босфора на север. Это давало возможность развернуть патрулирующие у пролива русские лодки ( как предполагалось англичанами) или нанести удар превосходящими надводными силами. Однако хотя эти разведданные давали идеальный шанс для использования советской морской мощи, такие классические возможности никогда не использовались должным образом. В обмен на его сведения русские предложили Эмброузу сведения с сухопутного фронта, но они часто были неточными или устаревшими. Казалось очевидным, что русские терпят Эмброуза только из-за аналогичной должности Египко, прикомандированного к Королевскому флоту.
(Дальше идёт подведение итогов по «западным источникам»: лодки совершили 101 боевой поход, 8 потеряно, потоплено 8 судов на 15698 брт. Много ссылок, особо обращено внимание на то, что « Советские источники сообщают только о пяти транспортах в 103 боевых походах, но такой «относительно низкий успех объясняется тем, что противник редко использовал здесь большие суда для перевозок, а небольшая протяженность морских коммуникаций позволяла кораблям противника совершать переходы из из одного порта в другой за ночь» Контр-адмирал А. Пушкин, Советские подводные лодки в Великой Отечественной войне, Морской сборник, № 6 (1983 г.) и вывод: как и на Севере русские не могли атаковать цели ночью — М.Д.)
На этом пока всё, остальное позже, там тоже много интересного. А вот ссыль на работу МЭМа: https://brummel.borda.ru/?1-10-0-00000045-000-0-0-1181997413
Больше всего в этой истории мне жаль переводчика Фокса ст.лейтенанта Тарасова, репрессированного в 1942 "за связь с английской разведкой".
Tags: royal navy, ВМВ, ВМФ СССР, ВОВ, современные историки
Subscribe

  • Куда подался "итальянский Тирпиц"?

    Решил поинтересоваться, чем сейчас занимается отставной итальянский адмирал Джузеппе ди Джорджи, которого я называю "итальянским Тирпицем", писал уже…

  • Хлебнули романтики

    Не только нашей Щ-421 "посчастливилось" ходить под парусом. Канадский тральщик "Локпорт" в январе 1944, после аварии двигателя, отхреначил под…

  • "Недоделанные пираты" от Артуро Переса-Реверте

    Прочитал на дежурстве "Корабли на суше не живут" Артуро Переса-Реверте и в восторге. Всё-таки газетная колонка одной книгой, это вещь иногда. Боже,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 24 comments

  • Куда подался "итальянский Тирпиц"?

    Решил поинтересоваться, чем сейчас занимается отставной итальянский адмирал Джузеппе ди Джорджи, которого я называю "итальянским Тирпицем", писал уже…

  • Хлебнули романтики

    Не только нашей Щ-421 "посчастливилось" ходить под парусом. Канадский тральщик "Локпорт" в январе 1944, после аварии двигателя, отхреначил под…

  • "Недоделанные пираты" от Артуро Переса-Реверте

    Прочитал на дежурстве "Корабли на суше не живут" Артуро Переса-Реверте и в восторге. Всё-таки газетная колонка одной книгой, это вещь иногда. Боже,…